«каролко Пикчерз» представляет
производство Ирвина Винклера
фильм Коста-Гавраса
Джессика Ландж
в фильме МУЗЫКАЛЬНАЯ ШКАТУЛКА
В фильме также снимались: Армин Мюллер-Шталь
Фредерик Форрест
Дональд Моффат
Майкл Рукер
а также Лукас Хаас в роли Майки
Композитор Филипп Сард
Оператор Патрик Блосьер
Автор сценария Джо Эстерхаз
Продюсер Ирвин Винклер
Режиссер Коста-Гаврас
-А этот адвокат-симпатичная, да? -Да, красивая.
Говорят, у нее брат идиот, надеюсь с сестрой хоть повезло.
-А ты что думаешь, Карчи? -Да, с сестрой ей повезло.
Вы ее знаете?
Я ее брат.
- Что? -Хватит.
Идем.
-Здравствуйте, мистер Лазло. -Здравствуйте, миссис Киш.
Привет, Энн!
-Дедушка, ты устал? - Нет, все хорошо.
Тебе надо научиться танцевать. Мария, научи его.
- Майки, идем. -Я не умею, мам.
-Давай. -Я не знаю, как.
Значит, они нашли кокаин. Что потом?
Потом приступили к Миранде.
Затем другой агент, который с хвостиком,
сказал: «Надеть наручники». А первый так и не закончил с Мирандой.
Ну, что ж, все.
-Он никогда не признается. - Мы его заставим.
-У него есть дело на Миранду. -Теперь у них два свидетеля.
Один -бесполезный, а другой -дороже золота.
Придется извлекать всю пользу с бесполезного и золото со второго.
- И как ты это будешь делать? - Разберемся позже. Счастливо.
Что у нас есть еще по завтрашнему делу?
-Они не хотят нам помогать. - Помогут. Спасибо.
Ты, должно быть, очень хитрая женщина.
Не забывай, кто ты на самом деле, подонок.
- Привет, Энни. - Привет, Джонни.
Твой секретарь пытался с тобой связаться.
Да?
- Позвони отцу. -Отцу?
- Папа, привет. - Вот, почитай.
Ну зачем же ты ходишь в этих страшных штанах?
Они пишут, что я убил людей.
Я же попросила тебя их выкинуть. Пошли в дом, а то простудишься.
- Ерунда. - Что это?
Это принес мужчина утром.
Я ничего об этом не знаю.
Я работаю на заводе,
выращиваю детей.
Это моя страна. Я уже тут37 лет. Я-то знаю.
Они хотят лишить меня гражданства. Сейчас покажу.
- Папа, папа. -Я хочу показать.
Этот Майкл Джей Лазло,
должно быть, лгал, когда получал гражданство,
так как он обвинен в военных преступлениях.
- Пойдем, я приготовлю тебе чая. - Нет, я сам приготовлю.
Как они могли перепутать?
-Я был фермером. -Это не ты.
Это не ты совершил ошибку. Мы во всем разберемся.
Миссис Талбот, вы являетесь адвокатом мистера Лазло?
Нет, нет, я просто хочу помочь во всем разобраться.
- Папа, сними пальто. - Нет.
-Сними пальто. - Нет.
Это Джек Берк, он из отдела специальных расследований.
-Здравствуйте, миссис Талбот. -Давайте зайдем.
- Мистер Лазло. - Майк Лазло.
Мой отец.
Послушайте, это ошибка.
Вы отправили это другому Майклу Джей Лазло.
Да уж, конечно.
- Не поняла? -Другого Лазло нет.
Я ничего этого не совершал. Это не я.
Я житель, примерный американский житель.
Если вы хороший американец, мистер Лазло, то страна в опасности.
Что все это значит?
Не разговаривайте с ним подобным тоном!
Я никому не позволю с ним так разговаривать.
Я знаю, почему вы так поступаете. Знаю.
Этим занимаются коммунисты. Они хотят опять докопаться до меня.
Это из-за того, что вы сделали пять лет назад с танцорами?
Я ходил на телевидение, разговаривал с газетами.
Сделал так, чтобы они перестали танцевать. Это все, что я сделал.
Всей этой своей деятельностью вы обеспечиваете себя отличным алиби.
Вы обвиняете его в том, что он антикоммунист?
В добавление к преступлениям, которые он мог совершить 40 лет назад?
Почему же тогда его раньше не судили?
Показания свидетелей хранились в ООН до прошлого года.
- Именно поэтому его не судили раньше. -Я не...
- Папа. - Подожди, Энни. Я ничего не делал.
Я работал на сталелитейном заводе.
Я вырастил детей. Мальчика, девочку.
Мой сын был американским солдатом, он воевал во Вьетнаме.
И я горжусь своей дочерью.
Она-американский адвокат.
И вы смеетесь надо мной, сукин сын.
Миссис Талбот, вам следует знать, что венгерское правительство
уже подписало бумаги об экстрадиции. - Что?
Что это значит? Что это значит?
Это значит, что у вас отобрали гражданство
и вас отправят судить в Венгрию. -Они отправляют меня на смерть.
Никто не отберет твое гражданство, папа.
Папа, никто.
Не знаю, пап.
Мы наймем тебе адвоката. Самого лучшего адвоката.
-Ты будешь моим адвокатом. - Нет, папа.
Я ничего не знаю о натурализации.
Мы наймем лучшего адвоката по иммиграции.
-Я адвокат по криминальному праву. - Но они же говорят, что я преступник.
Они говорят, что я совершаю преступления против человечества.
Машина приехала.
В первый раз, когда ты поцеловалась с мальчиком, он до тебя дотронулся,
мы пришли сюда. Я не знал, что тебе сказать.
Когда мы пришли сюда, мне стало легче подбирать слова.
Твоя мама мне помогла.
Что я мог знать?
О том, как растить девочку.
Вот.
Помнишь, Энни?
Мы были в лагере для беженцев.
После войны в Австрии
я встретил твою маму.
Теперь тебе столько же лет,
как было ей, когда она умерла.
Они пришли в лагеря.
Венгерские руководители коммунистической партии Будапешта
в поисках антикоммунистов.
Они сказали: «Вы - военный преступник, и мы отправляем вас обратно в Венгрию,
чтобы повесить вас».
Они называют это репатриацией.
Все знали, что, если сказать, что ты фермер,
то ты быстрее попадешь в Америку. Америка принимала фермеров.
И я сказал, что я был фермером.
И я быстро очутился здесь.
А ты не был фермером?
Я был фермером, когда был маленьким мальчиком.
А кем ты тогда был?
Я был жандармом. Полицейским.
Нет, Энни, не смотри на меня так. Я ничего плохого не делал.
Сумасшедшие венгерские нацисты, они захватили власть.
Я сказал им:
«Я хочу быть клерком в офисе».
И я им стал.
Я стал клерком в офисе.
Иди сюда. Иди сюда.
Дай мне твою руку.
А по поводу этой бумаги,
ты думаешь, я правда это совершал?
Нет.
Нет, папа.
Какже холодно.
- Привет. - Привет, дедушка.
Я не знала, что ты тоже тут.
-Заехал навестить Майки. - Привет, мам.
Здравствуй, милый. - Мишка.
- Видел вас по телевизору. -Да, мы видели тебя по телевизору.
Это все неправда. Обсудим это позже.
Хочешь сделать со мной попкорн, Майки? Много соли.
Никакой соли, папа.
- Много соли, Энни. И паприка. - Идем, дедушка.
А это что?
Я попросил папу помочь
очистить от ржавчины, но он не знает, как это сделать.
Дай мне кока-колу и губку.
Он хочет, чтобы я его представляла.
Я бы не стал этого делать.
- Пока, Майки, пока, Мишка. - Пока, папа.
- Пока, Дин. -А вдруг это правда?
Боже, Дин.
Ты бы все равно его любила, он же твой отец.
Родная кровь дороже пролитой.
Такое мог бы сказать Гарри, но не ты.
Я просто советую тебе не представлять его в суде.
Это дело сложно будет выиграть.
Я всегда молюсь, когда отжимаюсь.
Может быть, это помогает, а, может, и нет.
Ты должен пробовать все варианты, чтобы добиться результата.
Ты не забываешь отжиматься, Майки?
-Да, это укрепляет тело. -А в здоровом теле-здоровый дух.
Ты такой сильный, дедушка.
С каждым днем становлюсь слабее и слабее.
Нет, не становишься.
Хочешь, поговорим о том, что ты слышал по телевизору?
-Давай. -Там говорили не обо мне.
Они совершили ошибку.
Я никого не убивал и никому не причинял боль.
-Это сделал не твой дедушка. -Я знаю, дедушка.
Твоя мама-хороший адвокат.
-Она будет тебя защищать? -Да, мы же семья.
У тебя проблемы -я помогу, у меня проблемы...
Я помогу.
Ты поможешь.
Если кто-то скажет что-нибудь плохое о твоем дедушке,
то можешь ему сказать:
«Иди в задницу. Отвали от меня».
Я могу так сказать?
-Спокойной ночи, Майки. -Спокойной ночи, дедушка.
Папа?
- Папа, я буду тебя представлять в суде. -Хорошо.
«Хорошо». И это все?
-Очень хорошо. -Да, «очень хорошо».
Мне нужно знать о тебе все, все, что им может быть интересно.
Думаю, тебе стоит Остаться тут со мной и Майки на время.
Нет, я поедук себе.
Но мы лучше сможем работать, если ты будешь тут, папа.
Будет нелегко.
Папа?
Все будет хорошо.
Все будет хорошо, папа.
Нет, Энни, уже хорошо не будет.
Красивые ботинки. Очень хорошо выглядите.
И сзади вы тоже хорошо выглядите.
- Привет. - Привет, Карчи.
- Почему не зайдешь? - Нет, нет, я галстук свой забыл.
Я принес тебе список людей с фабрики, которых будут допрашивать.
- И я еще достану, если хочешь. - Нет, этого хватит. Тут...
Ты же сможешь вытащить его из этого?
-Сможешь? -Да.
Лучше тебе это сделать. Если это просто разборки властей,
то я им башку оторву. Отец 30 лет работал на заводе!
-Он же это для нас делал. -Я знаю, Карчи.
- В чем тогда дело? - Мне нужно собрать все дело.
Это же дело твоего отца!
Ты должна оторвать им всем башку.
Карчи, почему ты всегда такой грубый?
Ты знаешь, как оторвать башку и не быть грубым?
Мне приходится быть грубым.
Иди работай.
Я не хочу терять клиентов из-за того что я уезжаю из офиса.
Я буду работать в офисе моего бывшего свекра.
-Она возвращается к Гарри Талботу. -Только на время суда.
Вот, здесь слушания понедельника.
- Подобные суды длятся годами, Энн. - Но не этот, Мэкки.
Во время войны Гарри был в Бюро стратегических служб.
После чего эта организация превратилась в ЦРУ.
И ЦРУ организовывает свой первый орган управления в Европе,
отправляя туда несколько человек из Гестапо.
Ходят слухи, что Гарри попивал бурбон с Клаусом Барби.
А я слышала, что он пил бурбон с сенаторами.
Он даже пил его несколько раз в Белом доме.
Я ничего не слышала о Клаусе Барби.
Это все на следующую неделю.
Почему ты не найдешь кого-нибудь, кто бы представлял в суде твоего отца?
Позвала бы того парня из Кливленда. Он работал с тем Димуна...
Демджена... Димжола, или как там его звали?
Не бери в голову.
Он хочет, чтобы я его представляла в суде.
Что ты можешь знать о том, что было 40 лет назад,
когда тебя еще на свете не было?
Что мы знаем о наших родителях?
Я знаю его, Мэкки. Он меня вырастил.
Никогда не задумывалась о его фантазиях?
-О том, как он занимается любовью? - Боже.
До сих пор не пойму, Почему ты не можешь тут работать.
Может, она боится, что ты будешь рыться в ее ящиках?
- По крайней мере, я попробовал. -Очень смешно, Сэнди.
Ничего смешного. Это его старый трюк-
давит на жалость.
- Привет, Гарри. -Ты все-таки вернулась.
После всех этих лет, что ты убеждала меня, что там работать приятнее.
Миссис Купер обо всем позаботится. Налей мне бурбон.
Это Дин любит американские напитки. Иногда яблоко падает далеко от яблони.
У нас есть судья.
-Эрвин Силвер. -Силвер, ты шутишь?
Хотел бы я, чтобы судья это услышал.
Дочь, защищающая своего отца- зрелище не для слабонервных.
У Эрвина Силвера так не получится в любом случае.
-Я знаю о нем только то, что он честный. - Конечно, честный.
Мне все равно, что он еврей. Главное-он честный.
Мне тоже это важно.
Но в данном случае мне также важно, что он еврей.
Вероятно, ему придется очень постараться.
Может, сможешь потянуть время? Отложить вынесение вердикта?
Гарри, я даже об этом не думала.
Тебе придется каждый день тогда молиться.
Геноцид-священная вещь во всем мире.
Выживших после него можно назвать святыми.
Легче помочиться на могилу неизвестного солдата,
чем подвергать перекрестному допросу.
- Как там мой внук? -Отлично.
Ты всегда только так и говоришь: «Отлично».
Отлично.
Когда обустроишься,
можешь пользоваться моими секретаршами - они в твоем распоряжении.
Кстати, Мишка ведь этого не делал, да?
Это все.
-Тогда до встречи? -Да.
Принесите мне скотч и бутылку того, что будет пить миссис Талбот.
У меня в институте есть профессор, который говорит:
«Не позволяй обстоятельствам побеждать тебя.
Всегда доверяйся своим внутренним ощущениям».
Но он не имел отношения к суду.
Он делился своей мудростью с молодыми, идеалистичными студентами.
Вы доверяете своему сердцу. И от этого оно будет разбито.
А вы чему доверяете? Своим амбициям?
Наверное, очень неприятно читать такие вещи о том, кого любишь.
Мне очень жаль.
Я не нуждаюсь в вашем снисхождении.
Пойдемте выпьем.
Вы берете не того человека.
Хотелось бы, чтобы это было так.
Это отличная маскировка- вырастить американских детей,
и с тебя исчезает даже тень сомнения.
Вы являетесь его отличным алиби. -Да?
Простите. Или жестокость ваша семейная черта?
Идите к черту!
Когда я скажу «пошел», ты показываешь рукой направо.
Пошел!
Эй, дикобраз, иди сюда.
-Обед готов. - Покажи ему, где право.
Я не буду есть.
Как ты можешь это смотреть?
Что такое?
Что бы ты сказал, если бы узнал, что твой судья-еврей?
Ты считаешь это хорошей идеей?
Это как минимум оригинально.
-Он хороший судья. -Хорошо, если ты так считаешь.
Пап, почему у нас никогда не было друзей-евреев?
Как мы их тут найдем?
Наших друзей мы встречаем в церкви, на западной стороне.
А евреи живут на другой стороне.
На заводе у меня были друзья-евреи.
Почему ты никогда не приглашал их в гости?
Потому что они никогда меня не приглашали.
В университете ты встречалась с евреем.
Я тебе говорил не встречаться с ним.
Пап, расскажи мне о спецподразделении.
Эти убийцы очень похожи на эсэсовцев.
Коммандо.
Я не знаю.
Я к ним не имею никакого отношения.
Папа,
у них есть копия удостоверения сотрудника спецподразделения,
с твоей подписью и фотографией.
Этого не может быть.
Где они его взяли?
Венгерское правительство им его вернуло.
Я говорю тебе, они...
Они поместили мою фотографию в форме.
И мою подпись.
Подделали. И подделали удостоверение.
У них есть свидетели.
Свидетели, которые тебя опознали.
Тебя обвиняют в ужасных вещах, папа.
Энни, коммунисты сказали им:
«Для вас будет лучше, если вы его опознаете».
Неужели нет каких-либо записей, папа,
где было бы отмечено, что ты работал клерком?
Тебе скажут, что их нет.
Они были потеряны после бомбежек.
Американцы бросали бомбы во время войны.
Это забавно.
Энни.
Ты на меня злишься или на ситуацию?
Мне больно от всего этого.
Они привели этих людей,
женщин и детей, и выстроили их на берегу реки.
Именно поэтому я переехал в Америку.
Мне стыдно быть венгеркой.
Ты -американка.
Мы -американцы.
Тебе повезло,
что ты переехала в Америку,
а не в Европу
во время войны.
Давай с начала.
-Давай с начала. -Хорошо.
Там жил фермер, у которого была собака.
Там жил фермер, у которого есть собака.
«Была», «была собака».
-«Была», а не «есть». -Давай-ка потом продолжим.
Шесть миллионов погибших! Шесть миллионов погибших!
- Мне не страшно, дедушка. - Мне тоже.
Видите их? Они уже решили, что я виноват.
Майк, такие белые, как вы, портят репутацию нашего квартала.
Ладно, цыганка, оставь нас. Все оставьте нас.
И ты, цыганка, тоже.
Приходится пробираться к себе в дом, как грабителю.
Майки, нет, нет, нет.
Я не боюсь, дедушка.
Ну, все.
Я дам вам все, что захотите.
-Это ваша свадебная фотография? -Да.
Энн очень похожа на свою мать.
Наверное, очень непросто жить вдовцу с двумя детьми.
Сначала да, но потом Энн все взяла на себя.
Вы мне больше нравитесь с усами.
Вам банковские бумаги тоже нужны?
Да, все.
Отойди от окна.
- Не задело? - Нет, все хорошо.
Убирайтесь отсюда! Оставьте нас в покое!
- Нацисты, пошли вон! Нацисты, пошли вон! -Оставьте нас в покое!
- Нацисты, пошли вон! - Иди в дом, иди в дом.
У тебя должно быть хорошее настроение.
Старик с бейсбольной битой защищал своего внука,
на которого напала безумная толпа. Судье это понравится.
Думаю, Майки можно использовать для таких целей.
Какому судье? У меня не будет судьи.
Обязательно будет. Весь мир будет тебе судьей.
Даже у такого благодетеля, как судья Силвер, есть сердце.
-Доброе утро, мистер Талбот. -Доброе утро, Джимми.
Я проверил твоего обвинителя.
Я не просила тебя этого делать.
Он был очень хорошим федеральным обвинителем в Филадельфии.
Ни одного дела не проиграл.
Девять месяцев назад он появляется в Верховном Суде Вашингтона
и изъявляет желание работать на отдел специальных расследований.
Я позвоню в Филадельфию, узнаю, что там происходит.
Гарри, я сама справлюсь со своим делом, мне не нужна помощь.
Насколько я слышал, в этом деле тебе понадобится любая помощь.
Что ты имеешь в виду?
-От кого слыхал? Не «слыхал», а «слышал».
Я думал, тебя учили правильной речи.
-Так от кого слышал? -Уже лучше.
-Эй, Джорджин! - Вам не надо сына забирать?
Джорджин, я нашла. Такое уже было раньше.
Человека по имени Валус обвиняли в преступлениях, совершенных в Литве.
На него пришили тщательно продуманное дело,
после чего его судили,
привели свидетелей. И они ошиблись.
Он был не тем человеком. Свидетели ошиблись.
Они просто нашли другого человека. И судья признал его невиновным.
Расскажи мне о моем отце.
Он ходит в церковь, на кладбище.
Покупает штрудель в булочной, играет в шашки в парке.
Он даже иногда делает ставки на бейсбольные игры.
Надо будет сказать об этом Карчи. Отец всегда ругал Карчи за азартные игры.
-Ты знаешь Ирму Кисс? - Кого?
Миссис Ирма Кисс, вдова.
А, Киш. Ирма Киш. Она делает пончики в церкви.
- И не только пончики. - Что?
Уже на протяжение десяти лет. Три-четыре раза в месяц.
Невероятно.
Нет.
Он сейчас не тратит много денег.
Но где-то пару лет назад он тратил намного больше.
Потом остановился на десятидолларовых ставках.
- Кто такой Тибор Золдан? - Не знаю.
Майк выписал ему чек на 2000 долларов три года назад.
Это чек на самую большую сумму, что он выписывал.
Группировка, к которой он принадлежит, называется «Круг Атиллы».
В ней всего несколько стариков, которые вытаскивают дорожные знаки,
когда на свою беду проезжает какой-нибудь коммунистический дипломат.
На самом деле, Энн, я думаю, тут легко можно становиться его адвокатом.
Что?
Ирма Киш.
Папа, а кто такой Тибор Золдан?
Друг из лагеря беженцев.
Он вернулся на старую землю, потом он переехал сюда.
Я дал ему денег, чтобы он смог начать.
Потом он погиб в автокатастрофе.
И деньги я себе не вернул.
Ты готов?
Я потратил всю свою жизнь, чтобы забыть то, что я видел.
-Теперь приходится все вспоминать. - Пап, нам надо это сделать.
Давай, начнем с миссис Киш.
Ирма Киш?
Боже мой!
Чертовы адвокаты! Они найдут все!
Папа, почему ты на ней так и не женился?
После твоей мамы я ни на ком не мог жениться.
Тебе не нужна была другая мама.
А ты сама?
Кого-нибудь встретила после того, как развелась?
Да, я встречалась.
А как же Дин?
Да. И как же Дин?
Он хороший человек.
-Он до сих пор тебя любит, Энни. -Ладно.
Расскажи, как ты стал работать жандармом.
Твой отец был сельским жителем.
Мы были очень бедными.
Я не ходил в школу- не было денег.
Мне нравились жандармы.
Им хорошо платили, у них была красивая форма,
с пером на шляпе.
И музыка.
-Здравствуйте. -Здравствуйте.
Вы хотите со мной провести бой? Для этого меня пригласили?
У меня всегда были только лишь деловые отношения с другой стороной.
Мне кажется, мы неправильно начали.
Значит, за день до суда вы хотите перейти обратно на деловые отношения?
Отлично.
Что вам нужно на самом деле?
Мой отец был менеджером ресторана.
-Да? - Но у него не было такой музыки.
И помещение не было таким, как это.
Да, я...
Мне никогда не нравилось, как пахнет жареный лук,
поэтому, когда я закончил университет,
я стал работать помощником окружного прокурора.
И, через некоторое время
дядя Сэм пришел за мной.
Выпьем за нас.
Ваше здоровье.
Расскажите, как из Лазло вы превратились в Талбот?
Очень легко влюбиться в человека, когда с ним много общего.
Правда? Что, например?
Например, он не хотел быть Талботом,
также, как я не хотела быть Лазло.
Прям родственные души.
И что же произошло со всеми этими амбициями?
Это был большой шаг- переехать из Деймон Авеню в Лейк Форест.
Раньше я этого не понимала.
Что это? Какой-то странный вкус.
Вкусно, но странно.
Называется «Бычья кровь».
Пьянит постепенно. А потом резкий удар.
Да уж.
-Это венгерское вино. - Правда?
Я слышала, что случилось с вашей женой. Мне очень жаль.
Наверное, тяжело.
Да.
Это был ужасный несчастный случай.
В полицейском отчете было сказано, что вы были пьяны.
Наверное, нелегко было все уладить.
Вы мне нравились, миссис Талбот.
Теперь мне кажется, я вас недооценил.
Вы действительно дочь своего отца.
Простите, я не хотела вас обидеть.
Думаю, хотели.
Вы нашли уязвимое место, куда потом воткнете нож.
То есть желание стать адвокатом не смягчило вашу боль?
А что, если обвинение военных преступников тоже не поможет?
Что вы будете тогда делать?
Вы тогда станете богом? Попробуете родить сязаново?
Вы правда считаете, что нужна веская причина
для обвинения военных преступников?
Мне кажется, вам стоит найти другого адвоката, миссис Талбот.
Настоящего адвоката для вашего отца.
Того, кто эмоционально не замешан в этом.
Если желаете, я попрошу отложить начало слушания,
пока вы не найдете себе замену.
И, кстати,
в суде никогда не выносят обвинение, если не было дела.
Я невиновен.
Но ведь они могли вынести обвинение, да, Джек?
Они могли придумать дело, если бы захотели.
Как в случае с моим отцом.
Мне кажется, логика у вас хромает, миссис Талбот,
но, может, с ней будет получше в суде.
Удачного вам вечера. Надеюсь, вам понравился ваш ужин.
Улыбнись, пап.
Как я могу улыбаться? Я напуган. Сейчас описаюсь от страха.
Пап, я хочу, чтобы ты был более дружелюбен с Джорджин.
Когда будешь с ней разговаривать-улыбайся.
Всю жизнь врал!
Мы следим за тобой, Майк!
Майк невиновен!
Миссис Талбот, хотите что-нибудь заявить?
Энни.
Энни, могу я с вами сесть?
Это Карчи. Обними его.
-Я уже утром с ним виделся. -Обними его.
-Хорошо, хорошо. -Садись сюда.
- Почему? -Завтра надевай костюм. Садись.
- Ну, могу я?.. -Садись!
Поговори с Джорджин.
Много людей сегодня.
Всем встать.
Внимание, внимание!
В суде северного района штата Иллинойс
начинается слушание.
Председатель-достопочтенный судья Эрвин Силвер.
Боже, храни Соединенные Штаты и этот благородный почтенный суд.
Пожалуйста, садитесь и соблюдайте порядок.
Дело номер 89-СН-22-80.
Соединенные Штаты Америки против Майкла Джей Лазло.
Я не допускаю в суде агрессию, беспорядки и неуважение.
Можете сделать ваши первые заявления.
Спасибо, Ваша честь.
- Мистер Берк. -Защита?
Мистер Берк.
Исход этого дела прост.
Будет доказано, что Майкл Джей Лазло
лгал, когда получал американское гражданство,
тем самым получил его незаконно.
Соответственно, он должен быть лишен гражданства.
Он лгал для того, чтобы скрыть факт
что в конце 1944 года, в начале 1945
он был членом группы смерти венгерской СС-организации,
известной под названием «Перекрестные стрелки».
Она также называлась «Особое подразделение»,
подразделение венгерских жандармов.
Мистер Лазло совершал такие жестокие преступления,
которые просто не укладываются в голове.
Мы говорим не о банальной жестокости
бюрократа, который сидит в офисе и издает приказы
или о жандарме, издающем исполнительные приговоры.
Мы говорим о человеке,
который совершил эти преступления своими собственными руками.
Мы говорим о воплощении зла.
Спасибо, Ваша честь.
- Ваша честь. Миссис Талбот.
-Обвинение. - Миссис Талбот.
Ваша честь,
дело совсем не в том, лгал мой отец,
когда подавал документы на гражданство, или нет.
Это не так важно.
Да, мой отец лгал.
Но он сделал это, чтобы его не вернули на родину,
где его либо казнило бы коммунистическое правительство,
либо отправили на работу в лагеря.
Мой отец был жандармом.
Но он не был членом спецподразделения.
Мой отец работал в офисе.
Он пошел на это задание только лишь потому,
что не мог терпеть жестокость своих сотрудников.
Мой отец просто невиновный человек, которого несправедливо обвинили.
Человек, который был наказан
представителями коммунистического правительства за поступок, что он совершил
против них пять лет назад.
- Ваша честь, позвольте. - Позволяю.
Будьте добры.
На данном концерте выступает венгерский фольклорный ансамбль,
который принадлежал коммунистическому правительству.
Моего отца заставили сорвать их выступление.
Выступление было отменено, моего отца арестовали.
Обвинения позже были сняты.
Венгерское правительство подало официальную жалобу
о снятии обвинений.
Государственный департамент ее отклонил.
Это-его демонстрация против репрессивной политики
коммунистического правительства. Политики, которая привела
к смерти 15 тысяч человек во время венгерской революции в 1956 году.
Мой отец-хороший человек.
Человек, который выступает против несправедливости.
И я знаю это, Ваша честь.
И до того, как этот суд закончится, я докажу вам это.
Спасибо.
Можете позвать вашего первого свидетеля, мистер Берк.
Я работаю в Министерстве юстиции США
в отделе иммиграции и натурализации,
в лаборатории судебных документов, в городе МакЛин, штат Виржиния.
Я старший инспектор по судебным документам.
Какого числа было выдано это удостоверение
члена «Перекрестных стрелок»?
1 ноября, 1944 года.
А когда была выдана иммиграционная карточка,
которую получают по приезде в Соединенные Штаты,
так называемая «зеленая карта»?
12 февраля, 1952 года.
Мистер Натансон,
какое вы можете сделать заключение, касающееся этих двух документов?
Мое заключение таково: это фотографии одного и того же человека
и подписи тоже одного и того же человека,
Майкла Джей Лазло.
Вы проверяли подлинность
первого вещественного доказательства, удостоверения спецподразделения?
Протестую, Ваша честь.
Первое вещественное доказательство не является удостоверением спецподразделения.
Это фотокопия удостоверения спецподразделения.
Принимается.
Я провел полное исследование этой фотокопии
на результат ее подделки.
Какие методы вы использовали?
Я изучил документ под маломощным стереоскопическим микроскопом
для определения оттенка фона.
В добавление к этому я произвел исследование фотографии и анализ почерка,
используя все доступные методы.
И к какому решению вы пришли, мистер Натансон?
Удостоверение, на мой взгляд, настоящее.
Ваши вопросы.
Мистер Натансон,
когда вы сказали, что провели исследование фотографии,
вы имели в виду исследование фотографии фотокопии?
Да.
Ваша честь, я могу подойти к свидетелю?
Да.
Вас никак не смутило, что это фотокопия,
а не сам документ?
Я считаю, что мне было достаточно и фотокопии.
Но были бы вы более уверены в своем решении,
если бы у вас было само удостоверение?
Я уверен и без него.
Мистер Натансон, для проверки подлинности документа
нужно ли принимать во внимание текстуру бумаги оригинального документа?
При использовании микроскопа для изучения фотокопии
можно с легкостью определить подделку.
Можно ли определить возраст оригинального документа по копии?
- Косвенно, да. - Косвенно?
-Да. - Но единственный способ
определить напрямую- это использовать оригинал?
Да.
Мистер Натансон, получается, ваши заключения неточные.
Я считаю-точные.
- Вы считаете? -Да.
Мистер Натансон, вы еврей?
Протестую, Ваша честь, религия свидетеля не имеет к делу отношения.
От нее, Ваша честь, напрямую зависит объективность свидетеля.
Он только что заявил, что излагал свою точку зрения.
Он высказал свою точку зрения, основанную на 30-летнем опыте
работы в Министерстве юстиции. - Протест отклонен.
Можете ответить на вопрос.
Я -унитарианин.
Тем не менее, я наполовину еврей по линии отца.
Больше вопросов нет, Ваша честь.
- Мистер Берк? - Вопросов нет, Ваша честь.
Объявляется перерыв до завтра.
Первый свидетель и ее главный вопрос «Вы еврей?».
Да!
Джорджин, узнай, пожалуйста, где остановились свидетели из Венгрии.
Я хочу знать, с кем они видятся и о чем они разговаривают.
Они же будут разговаривать на венгерском.
Я понимаю венгерский. Правда, папа?
Надень завтра костюм. Будешь сидеть рядом со мной, как Энни.
Мои дети будут рядом.
-Он в чистке, пап. -Заберем.
Привет, дедушка, я тебя опять видел по телевизору.
- Привет, дорогой. - Привет, мам.
Ну-ка, покажи.
- Что с твоим глазом? - Ничего.
- Что случилось? -Да все в порядке.
- Просто подрался в школе. - Покажи мне.
- Надо положить что-то холодное. -Да все хорошо.
Сукины дети!
- Чтоб они были прокляты! -Спокойной ночи, мистер Лазло.
Милый, приложи этот.
Майки, зачем ты это смотришь? Они такие жестокие.
- Нет, неправда, они смешные. -Они глупые.
Можно я пойду с тобой в суд?
Это не место для детей, дорогой.
Я все равно уже обо всем этом знаю.
- Правда? -Дедушка все рассказал.
И что он рассказал?
Секрет между им и мной.
Даже мне не расскажешь?
Он сказал, что все преувеличивают.
Про этот геноцид и все остальное.
Они все выдумали.
Он так сказал?
Ты ведь ему ничего не скажешь?
Держи лед на глазе.
Не убирай.
Выключи телевизор, тебе домашнюю работу делать.
- Как было глупо это говорить! -А что я сказал?
Зачем ты сказал Майки о геноциде?
-Я ничего ему не говорил. - Не лги мне, папа.
-Я не лгу. -Он только что рассказал.
Это не он!
Дедушка Талбот.
Ты же сказала, что ничего не скажешь.
Всем встать.
-Садись сюда. -Садитесь.
Только молчи сегодня.
Можете вызвать следующего свидетеля, мистер Берк.
Мы можем поговорить с вами в переговорной, Ваша честь?
Можете.
Всем встать.
- Что происходит, Энни? -Я не знаю.
- Что происходит, пап? -Я не знаю.
У меня хорошие новости, Ваша честь.
Венгерское правительство
прислало удостоверение спецподразделения для судебной лаборатории.
Надеюсь, это прояснит ситуацию.
Вы не против, миссис Талбот?
Нет, Ваша честь.
Забавно, как только я получила выгоду от одного из ваших свидетелей,
из Будапешта сразу присылают что-то в суд.
Они выступают в качестве обвинителя или вы?
Мы несколько месяцев работали с посольством,
чтобы они прислали оригинал удостоверения.
Учитывая то, как вы придирались к фотокопии,
вы сейчас должны прыгать от радости.
Я разрешаю сначала вашему эксперту осмотреть удостоверение.
- Недели на это хватит? -Да, Ваша честь, спасибо.
Миссис Холло, скажите,
что произошло днем 11 января 1945 года.
Я работала у себя в химчистке.
Я ушла с работы достаточно рано, так как нас очень сильно бомбили.
Ты подтверждаешь правильность перевода?
Да.
Повсюду был дым.
Была включена воздушная тревога.
Я видела их на площади Кельвин.
Кого вы видели?
Я видела трех мужчин в черной форме.
Я знала, что она были из спецподразделения «Перекрестные стрелки».
-Она еле по-английски говорит. - Карчи.
Карчи.
Замолчи.
Они разговаривали с моей соседкой, миссис Кантер, и ее 10 летним сыном.
Потом один закричал на женщину: «Ах ты, цыганское отродье!
- Что ты тут делаешь?» - И что ответила миссис Кантер?
Она заплакала и сказала: «Нет, я не цыганка».
Потом он закричал на нее: «Если ты не еврейка,
попроси своего сына прочитать «Отче Наш».
Она так сильно начала плакать, что не могла даже говорить.
А другие просто смеялись.
Не волнуйтесь.
Что произошло?
Он выстрелил ей в голову.
Потом ее сын прыгнул на упавшее тело,
и они также выстрелили ему в голову.
Потом один из них сказал: «Мишка, пошли отсюда».
И они ушли.
Он назвал его «Мишка»?
Да.
Миссис Холло,
это тот самый человек,
который стрелял в мать с сыном?
Да, это он.
Он прошел прямо мимо меня, когда они уходили.
Он был на расстоянии вытянутой руки.
Больше вопросов нет, Ваша честь.
Свидетель ваш.
Миссис Холло, у вас, должно быть, потрясающая память,
раз вы узнали человека, которого видели лишь раз40 лет назад.
- Ваша честь? -Да.
Миссис Холло,
вы совершали вчера вечером звонок в Будапешт?
Протестую. Это не имеет отношения к делу. Эта женщина-свидетель, а не обвиняемая.
Это необходимо для определения душевного состояния свидетеля.
Ее душевное состояние здесь не обсуждается.
-Я разрешаю. Быстрее переходите к сути. - Вы звонили вчера в Будапешт?
Да, я разговаривала со своим сыном.
Чем занимается ваш сын в Венгрии?
Протестую. Жизнь ее сына не имеет отношения к делу.
Отклонено.
Чем занимается ваш сын?
Он помощник министра сельского хозяйства.
-Он коммунист? - Протестую.
Я должна понять мотивацию свидетеля.
Простите, но как вы узнали, что свидетель делал телефонный звонок?
Адвокаты, подойдите, пожалуйста, ко мне.
- Как вы узнали, что она звонила? -Я за ней следила, Ваша честь.
И что вы делали? Прослушивали звонки из ее номера?
Если мистер Берк обвиняет меня в незаконных действиях,
он должен сделать это официально. -Она хочет превратить это в цирк.
- Вы ведь этого хотите? - Мистер Берк,
делитесь своими мыслями со мной, а не с адвокатом.
Миссис Талбот, вы можете продолжить свой допрос,
только делайте это быстро и переходите к делу.
Спасибо.
- В протоколе прошу записать свой протест. - Ваш протест отклонен.
Ваш сын коммунист?
Работники правительства все являются членами коммунистической партии.
Миссис Холло, когда вы узнали моего отца на этой фотографии,
вы разговаривали об этом со своим сыном?
Да.
А говорил ли ваш сын,
что мой отец уже был однажды арестован
за срыв концерта фольклорного ансамбля?
- Протестую, Ваша честь. - Протест отклонен.
- Говорил? - Нет, не говорил.
Но теперь вы это знаете?
Да.
Но это никак не связано с моими здесь показаниями.
Нет?
Больше вопросов нет, Ваша честь.
- Мистер Берк? - Вопросов нет, Ваша честь.
Делаем перерыв на один час.
Джорджин Уиллер, пожалуйста.
Пап, я принес много бутербродов с колбасой.
- Не хочешь? -Она не говорила, когда вернется?
- Гарри. - Мишка, не волнуйся.
Тебя не отправят назад.
- Бутерброды? - Мы уже оба умрем,
когда дело рассмотрят до конца. -Да.
Ты неплохо справляешься.
Энни, не хочешь бутерброд с колбасой?
Я не понимаю, что вообще здесь происходит.
В Вашингтоне проблемы с этими молодыми клоунами.
Они все пропагандируют гласность и строят отели «Хилтон» повсюду.
Им никак не попасть в суд.
-Зачем ты это сказал Майки? -А что я сказал?
То, что геноцид-это выдумка.
О чем ты говоришь? Мы никогда с Майки не обсуждали политику.
Ты где была?
Собирала информацию от венгерских свидетелей.
Клянетесь говорить правду, только правду
и ничего, кроме правды? Да поможет вам господь.
-Да, клянусь. - Пожалуйста, садитесь.
- Мистер Бодай, вы говорите по-английски? - Немного.
Мы можем воспользоваться помощью переводчика, если вы хотите.
Я попробую по-английски.
Мистер Берк.
- Мистер Бодай, где вы проживаете? - В Будапеште.
А где вы проживали в декабре 1944 года?
В будапештском гетто.
Мистер Бодай, не могли бы вы описать те события,
что прошли 14 декабря 1944 года?
Вечер, 7 часов.
Мы в одной комнате.
Моя мать, отец,
мой брат, жена Клара, мой сын.
-Сколько было лет вашему сыну? - Ему было семь лет.
- Потом они пришли. - Кто пришел?
Спецподразделение.
Они пришли с автоматами, в форме.
- Черные. Во всем черном. -Ты должен смотреть на свидетеля.
Вооруженные...
Смотри на него.
«Перекрестные стрелки».
Мистер Бодай, вы слышали что-нибудь о «Перекрестных стрелках» раньше?
Да, мы видели их раньше.
Сколько их было, мистер Бодай?
Четыре.
Два лидера. Один со шрамом на лице.
Другой -большой босс Мишка.
- Его звали Мишка? -Да, его звали Мишка.
Что они делали потом, мистер Бодай?
Больше всех говорил Мишка. Он сказал:
«У вас есть драгоценности, бриллианты. У всех у вас, евреев, есть золото».
Мой отец сказал: «У нас ничего нет».
- И что потом? Мишка, он...
Он взял мою жену и сказал:
«Открывай рот, свинья».
Он посмотрел на ее зубы.
И сказал: «Тут много золота».
А потом?
Они забрали нас из гетто.
Было холодно, шел снег.
Мы шли по улице.
Моя мама упала.
Один из них, но не Мишка,
который со шрамом,
он ударил ее винтовкой по голове.
Мы пошли дальше.
Больше я маму не видел. Она осталась лежать на улице.
- Куда они вас вели? -Они вели нас к берегу реки Дунай.
По мосту.
На поле.
Там было много людей, евреев.
Мишка сказал: «Всем принять ванну, вода холодная-убьет всех блох».
И что произошло там, мистер Бодай, на берегу реки Дунай?
Они сказали нам:
«Встаньте ближе».
Мы встали ближе.
Они взяли веревку.
Они связали нас веревкой, в две группы.
Очень крепко.
Потом они подвели нас к краю берега.
Мишка сказал:
«Извините, но у нас закончились патроны».
Он взял пистолет, вернулся к моей жене Кларе
и сказал:
«Одна пуля для тебя, свинья».
И выстрелил.
Потом подошел к нам,
приложил пистолет к голове моего отца...
и выстрелил.
Потом толкнул нас в Дунай.
Значит, он выстрелил в вашу жену, вашего отца и толкнул вас в реку?
Ваша честь, это не вопрос, это заявление.
Принимаю.
Да, они толкнули нас в реку.
Мы были связаны.
Дунай -очень холодная река. Они думали, что мы все погибли.
И как вы выжили, мистер Бодай?
Я не знаю. Мне казалось, что я погиб.
Нас вынесло на берег.
У меня была одна свободная рука, и я снял веревку.
Отец умер.
Сын тоже.
И Клару я не видел в воде.
Мистер Бодай,
это тот человек, который застрелил вашу жену и отца
и который толкнул вас в реку? -Да, это Мишка.
Есть ли у вас какие-нибудь сомнения, что это именно тот человек?
Я вижу его уже 40 лет, каждый раз как закрываю глаза.
Это Мишка.
Больше вопросов нет, Ваша честь. Свидетель ваш.
Мистер Бодай, не хотите сделать небольшой перерыв перед тем, как мы продолжим?
Мистер Бодай,
как вы смогли узнать в моем отце того человека,
что сделал эти ужасные вещи с вашей семьей?
Они приходили ко мне полгода назад, показали фотографию.
Они показали вам какую-то фотографию?
- Протестую, свидетель неверно выражается. -Обвинение говорит за свидетеля.
Пусть свидетель говорит сам за себя, мистер Берк.
Мне показали много фотографий разных людей.
Кто показал вам эти фотографии?
Мистер Берк,
представитель американского посольства,
человек из Министерства внутренних дел и переводчик.
И что они вам сказали?
Мистер Берк сказал, что расследует военное преступление.
Он сказал, что нашел в ООН мои показания того, что произошло.
Он сказал: «Я думаю, нашли этого человека».
Сколько фотографий вам показали?
- Много. -Этот свидетель- мошенник.
Сколько? Их было 10 или 20? Или их было 100?
- 12 или 15. -Так сколько? 12 или 15?
-Я не помню. - Вы не помните?
Как их вам показали?
Их положили на стол.
И из этих 12-15 фотографий
где была фотография моего отца?
-Я точно не помню. - Вы не помните?
А люди на фотографиях были одного возраста?
Да, все молодые, как Мишка.
Сколько вам понадобилось времени, чтобы узнать человека?
Мистер Бодай, вы сказали, что 40 лет вам этот человек
снился каждый день, и вы не можете его забыть.
Так сколько времени вам понадобилось?
Может, есть предположения?
Сразу, как я его увидел.
Мистер Бодай, вы член коммунистической партии?
Протестую, Ваша честь, это не имеет отношения к делу.
Это относится к определению правдоподобности его показаний.
Я не являюсь членом партии. Я не люблю коммунистов.
Они знают, что я их не люблю.
Что они могут мне сделать?
Я старый человек, у меня нет семьи.
Больше меня никто не сможет обидеть.
Свидетель ответил, миссис Талбот.
Больше вопросов нет, Ваша честь.
Мистер Берк?
Перерыв до завтрашнего утра.
Мистер Вамос, скажите, где вы были
с декабря 1944 по январь 1945.
В Будапеште. На принудительных работах.
- Где вы работали? - На берегу реки Дунай.
В центре допросов «Лансид».
Какие у вас там были обязанности?
-Уборка. - Мистер Вамос,
вы видели там человека из спецподразделения,
известного как Мишка?
Все знали Мишку, и все его боялись.
Мишка был хуже всех.
Почему, скажите, мистер Вамос?
Почему он был хуже всех?
Мишка со своими ребятами получали там удовольствие.
Мистер Вамос, чем занимался Мишка,
что он получал там удовольствие?
Мишка любил убивать евреев. А цыган любил убивать больше, чем евреев.
Мишка любил играть. Он спрашивал:
«У вас есть золото, бриллианты?» И человек отвечал: «Нет».
И Мишка отводил их в сторону, чтобы играть с ними.
Что это были за игры, мистер Вамос, и как он в них играл?
-Он клал на землю штык. - Ваша честь, мы можем это показать?
Да, да.
Мистер Вамос, не могли бы вы показать нам, в какие игры он играл с ними?
Мистер Вамос, предположим, что это штык.
Как он играл? Покажите нам.
Он делал дыру.
Вставлял штык в землю.
Говорил лечь на землю.
Телом к штыку.
Руки и ноги на земле.
И делать отжимания.
Вверх-вниз, вверх-вниз.
-Отжимания? -Да, отжимания.
Мишке нравилось отжиматься. Он тоже отжимался, тоже со штыком.
Он заставлял их отжиматься над штыком?
Пока они не упадут Потом мы бросали их в Дунай.
-Я занимался уборкой. -Спасибо, мистер Вамос.
Спасибо большое.
Мистер Вамос, разговаривали ли вы когда-нибудь с Мишкой?
С ним никто не разговаривал. Один заговорил - получил пулю.
Никто не мог смотреть на него. Посмотришь-тоже получишь пулю.
Нам нельзя было смотреть ему в глаза.
Была ли у вас нехватка боеприпасов?
Да, очень серьезная. Их не хватало.
Вместо этого связывали людей, стреляли в одного и бросали в Дунай.
Вы когда-нибудь видели, как Мишка это делал?
Да, много раз.
Примерно, сколько раз? Примерно.
20, 30.
Река была красная.
И лед у берега тоже был красный.
А тела у берега были синими.
Синий Дунай стал красным.
Мистер Вамос,
является ли этот человек тем самым Мишкой,
из центра допросов «Лансид»?
-Да. - Мистер Вамос,
посмотрите, пожалуйста, на фотографию.
Да.
Пожалуйста, мистер Вамос, посмотрите, пожалуйста, на фотографию.
Это он.
Больше вопросов нет, Ваша честь. Свидетель ваш.
Простите, что задаю вам эти вопросы.
Мистер Вамос,
вы знаете Иствана Бодея?
-Я читал о нем в будапештской газете. - Мне кажется, она не о том.
Посмотрим.
- Вы знали его в Будапеште? - Нет.
И вы не разговаривали с ним в Будапеште?
Нам не разрешали разговаривать друг с другом.
И вы не разговаривали, когда летели сюда?
Мы летели на разных самолетах.
- И в гостинице вы не разговаривали? - Мы в разных гостиницах.
Значит, вы никогда не разговаривали с мистером Бодеем?
Нет.
Вы говорите правду, мистер Вамос?
Я вам не лгу.
Тогда, может быть, расскажете о встрече,
которую вы провели в гостинице с Истваном Бодеем?
Протестую, Ваша честь.
Свидетель только что сказал, что он никогда не разговаривал с мистером Бодеем.
Протест отклоняю.
Вы же встречались с ним вчера в гостинице, так?
-Это там, мистер Вамос? -Да.
Он приходил ко мне.
Господи боже.
Значит, вы лгали, когда сказали нам,
что никогда не разговаривали? -Да, я солгал.
Вы часто лжете?
Когда Бодей пришел ко мне, он хотел узнать о своей жене и брате.
И часто вы рассказываете друг другу о своей жизни?
- Часто делитесь воспоминаниями? - Нет, он просто спросил, помню ли я.
-Он показал мне фотографии жены. -Он пришел к вам,
чтобы показать фотографии того, кого вы видели, может, раз за 40 лет?
-Да. - И вы больше ни о чем не разговаривали?
Больше вопросов нет, Ваша честь.
Почему вы это делаете? Я здесь, чтобы говорить правду.
Что здесь такого? Человек не может показать фотографию жены?
Вы можете идти, сэр.
Идите, мистер Вамос.
Все будет хорошо, мистер Вамос.
Я так понимаю, это был последний свидетель мистера Берка.
Ваша честь, у нас есть еще один свидетель- миссис Мелинда Калман.
Минуту, судья.
У нас нет ни заявления свидетеля, ни его показаний.
Я против этого свидетеля.
Они нашли ее недавно. Прилетела из Будапешта вчера вечером.
Психиатр, специализируется на моральных травмах после изнасилования.
Судья Силвер отклонил желание защиты отказаться от ее показаний.
На улице остановилась машина.
В ней сидело два человека.
На них была форма «Перекрестных стрелок».
Они спросили у меня удостоверение личности.
Я оставила свою сумочку
на занятиях игры на пианино. И у меня не было документов.
У одного из них на левой щеке был шрам.
Он сказал:
«Мишка, смотри, какая симпатичнаятелка».
-Он обратился к нему «Мишка»? -Да.
Они сказали мне, что я еврейка. Я сказала им, что я католик.
-Сколько вам тогда было лет? - Мне было 16.
Пожалуйста, продолжайте, миссис Калман.
Они сказали, что я арестована, и посадили меня в машину.
Они поехали по мосту Ланцхид
и повернули к зданиям у берега реки.
-У нее хоть есть шансы. -Да.
В машине они были в принципе дружелюбными.
Спросили меня о том, как я играю на пианино.
Они повели меня в здание,
привели в маленькую комнату.
В комнате ничего, кроме матраса на полу, не было.
Они сказали мне снять всю одежду.
И сказали встать напротив стены.
Я начала плакать.
Я сказала им, что была девственницей. Они рассмеялись.
Мишка сказал: «Мы научим тебя играть с нами,
как ты умеешь играть на пианино».
Мишка вытащил револьвер
и приставил его ко рту.
Другой порвал мою одежду.
Он зажег сигарету.
Приложил сигарету между...
Они стали решать, кто будет первым.
Я потеряла сознание.
Были еще другие.
Эти люди приходили в комнату и уходили, потом опять возвращались.
Я потеряла отсчет времени.
Они подожгли меня.
Кто-то стал делать фотографии.
Огонь разбудил меня.
Потом, через какое-то время,
я снова увидела Мишку.
«Свинья», -сказал он.
«Ты теперь знаешь, как себя вести».
И он снова начал.
Второй тоже там был. Он смеялся.
Они подняли меня и вывели на улицу.
Было холодно. Было очень холодно.
На земле, в снегу, был штык.
Они сказали мне опереться над ним на руки и ноги.
Потом заставили отжиматься.
Я слышала, как они смеются.
Мишка сказал:
«В здоровом теле-здоровый дух».
Штык оказался у меня в животе.
Я смогла подняться...
один раз.
Потом я упала.
И больше...
ничего не помню.
Мне сказали, что нашли меня на берегу реки.
Миссис Калман,
является ли этот человек...
тем самым Мишкой?
Да, это...
он.
Больше вопросов нет, Ваша честь.
Свидетель ваш.
Вопросов нет.
-Энни, ты что делаешь? - Встань, Карчи.
Это не я.
Это не я, Энни, не я. Я этого не делал.
- Папа. -Это не я.
Я этого с вами не делал.
Я не животное. Я -отец. И я был мужем!
Я любил свою жену, свою семью.
-Я не мог этого сделать! - Папа.
Нет, вы чудовище.
Этот человек не делал этого!
-Это был не я! Не я! - Идем, папа.
- Идем, пап. -Это был не я!
Пап!
Вероятно, ваш отец просто перенервничал.
Как я понимаю, в последнее время у него было много стрессов.
Я не знаю, сколько он сможет еще это вынести.
Мистер Лазло, если обещаете пойти домой и отдохнуть,
я отпущу вас.
Спасибо, доктор.
- Карчи, я хочу поговорить с Энни. -Зачем?
Я понимаю, ты хочешь поговорить со своим адвокатом.
Энни,
подойди ко мне.
Я знаю,
что ты думаешь, Энни.
Много всего,
что делает меня...
Тебе кажется,
что я...
Я вижу твои глаза, Энни.
Ты должна ответить на один вопрос.
Этот...
Мой отец-чудовище?
Нет, папа.
Нет.
Для себя, Энни,
ты должна ответить на этот вопрос.
-Давай, папа, пошли домой. - Нет.
Я не хочу больше прятаться, Энни.
Пошли.
-Дедушка. - Привет, Майки.
- Привет, Дин. - Пойдем домой.
Нет, я пойду к себе домой.
- Нет, папа. - Мне все равно, что со мной будет.
Я пойду домой.
Тибор Золдан был сбит машиной.
Мне все равно.
Через девять месяцев,
когда он выписал этому человеку чек на 2000 долларов...
Мне все равно.
Ежемесячные расходы Майка
были на 1000 долларов больше, чем обычно.
Они стали прежними за месяц до того, как сбили этого человека.
Хватит!
Он не чудовище!
Я его дочь. Я его знаю лучше всех.
Замечательно!
Давай, Майки, загадывай желание.
-Это все мое? - Конечно.
Мишка, научи своего внука управлять поездом.
У тебя, должно быть, немало опыта в этом.
Не могу поверить, что ему уже 12.
Возьми его на суд. Он постоянно меня об этом просит.
Нет.
Его друзья об этом говорят, по телевизору видит. Он хочет знать.
Я все сама ему расскажу.
Он хочет все видеть сам, Энн. Это называется взросление.
-Ты должна взять его с собой на суд. - Нет, он еще маленький.
Это даже к лучшему, если он придет.
Особенно после показаний той женщины.
-А он может ехать быстрее? -Я не буду его использовать.
Я бы это сделал так, будто ты хочешь сделать ему приятное.
-Я не настолько циничная. - Ну, конечно.
Ты адвокат, как и я.
Ты правда пил виски с Клаусом Барби?
Нет. Правда, я пил с другими, как он.
Я был офицером разведки. Я допрашивал военных заключенных.
Что, ты думаешь, случилось после войны?
Коммунисты были сатанистской армией на земле.
Они были нашими союзниками. Мы не были готовы следить за ними.
Нацисты -лучший антикоммунистический шпионский аппарат на земле.
Они нужны были нам, мы их использовали.
Если коммунисты не захватили мир, значит, мы хорошо поработали.
Мы все правильно делали.
Значит, ты и правда пил с этими чудовищами.
Никто из тех, кого я знал, не были чудовищами.
Они были лучшими людьми.
Как и твой отец. Да?
Джорджин.
Да.
Хорошо, спасибо.
Эксперт сказал, что удостоверение подлинное.
Я знаю.
У меня еще есть друзья в Вашингтоне. Старые связи.
Нам конец, Гарри. Дело проиграно.
- И женщина, которая плюнула на него. -Спектакль в зале суда.
Ты же все об этом знаешь.
-Я не знаю, как с этим бороться. -Я думал, тебе и не нужна помощь.
А ты можешь помочь?
Ты что-нибудь знаешь об арлекинах?
Всем встать.
Пожалуйста, садитесь.
Миссис Талбот, позовите вашего первого свидетеля.
Вызываю Владимира Костова.
Ваша честь, адвокат называл это имя два дня назад.
Заявления не было. Я не знаю, зачем его позвали.
- Мы можем к вам подойти? -Да.
Костов является важным свидетелем, которого совсем недавно вызвали в суд.
Мы знаем его только два дня.
- Что они делают? -Они подошли туда,
чтобы мы не слышали, что они говорят.
Он находится под федеральной защитой.
Как вам удалось найти бывшего КГБ-ЦРУ-консультанта?
И, Ваша честь, я никак не могу понять, какое отношение он имеет к этому делу.
Это касается вещественного доказательства номер один.
Заявления нет?
Думаю, можно сделать исключение.
- Можете позвать своего свидетеля. -Спасибо.
Мистер Костов, когда вы покинули Соединенные Штаты?
Два года назад.
- И где вы до этого жили? - В Москве.
И кем вы там работали?
Я был подполковником контрразведывающего управления в КГБ.
Когда вы работали в КГБ, вы слышали что-нибудь об операции «Арлекин»?
-Да, слышал. - И что это была за операция?
Ее цель была-уничтожение живших на западе
социалистических врагов посредством фальшивых документов.
И как работала схема?
Группой ученых было организовано спецотделение в Москве,
чтобы разработать способ подделки документов так,
чтобы ни одним известным методом не определить его фальсификацию.
-У них это получилось? -О, да.
И против кого КГБ использовало подобные фальшивые документы?
Насколько я знаю, их использовали
против телевизионного комментатора в Западной Германии.
Какие именно документы были использованы в этом случае?
Это было удостоверение командира «Айнсац».
Группировка «Айнсац» занималась истреблением евреев и цыган.
В немецких судах удостоверения признавались настоящими.
И что было с тем человеком?
Он покончил самоубийством.
Мистер Костов,
не знаете ли вы, поделились ли в КГБ
полученным опытом изготовления фальшивых документов
с другими коммунистическими странами?
Да.
Рассказали они об этом венграм?
Венгры очень сильно заинтересовались «Арлекином».
Спасибо. Больше вопросов нет.
Свидетель ваш.
Ваша честь, в связи с появлением новых обстоятельств
могу я попросить перенести слушание?
Звонили из «Нью-Йорк Таймз», хотят поговорить с тобой.
Еще звонила Джорджин.
-Спасибо, миссис Купер. - Пожалуйста.
Звонил судья Силвер. Он хочет вас немедленно видеть.
Правительство предоставляет свидетеля, который якобы
служил с вашим клиентом в жандармерии.
- Еще один сюрприз. -Он сейчас в Будапеште.
Он очень болен и не может прилететь в Америку.
Мы прослушаем его показания в Будапеште. Это все будет за счет правительства.
Затраты вашего клиента тоже будут покрыты,
если он захочет поехать с нами.
-Я никогда не вернусь в Будапешт. -Тебе не обязательно ехать, пап.
- Мне надо. -Я не могу.
Мы нашли парня из КГБ, который сказал, что удостоверение фальшивое,
и после этого вдруг нашли свидетеля.
Ты никогда не научишься. Масло должно быть золотистым.
А тебе было 8, когда ты этому научилась.
Если я туда поеду, они меня убьют.
Чего-нибудь добавят в еду или в алкоголь.
- Папа, у тебя паранойя. -Это не паранойя.
Они это делают, Энни.
Будь осторожна.
Без тебя я не смогу выиграть дело, Энни.
Я знаю.
Ни о чем не волнуйся, я позабочусь об отце.
Может, мы с ребятами сводим его в бар.
- Боже, Карчи, он же перенес инфаркт. - Ну, или в боулинг поиграем.
- Как тебе? -Да уж.
-Джорджин, а ты что тут делаешь? - Привет, Карчи.
Энн, я могу с вами поговорить?
Что такое?
Возьмите и прочитайте...
-А что это? - Прочитайте в самолете.
Сестра Тибора Золдана живет в Будапеште. Это ее адрес.
Энн, подождите.
Похоже, Тибор Золдан шантажировал вашего отца.
Добрый день, дамы и господа, добро пожаловать на рейс № 38 «Американ Эйрлайнс»,
который полетит до Цюриха.
Всех пассажиров просим пройти к выходу номер 3.
Спасибо.
- Миссис Энн Талбот? -Да.
Вы были раньше в Венгрии?
- Нет. -Это потрясающая страна. Вам понравится.
У вас будет большой номер в гостинице. Мы проверили - все в порядке.
Вы работаете на правительство?
Нет, я же говорил, туристическое агентство «Байард».
Никто не любит работать на правительство. Мало платят.
Завтра в 8 часов мы поедем в больницу «Фо Кораз».
Вы говорите по-венгерски?
-Очень плохо. -Заговорите лучше.
-Да? - Мадам Лазло?
Талбот.
Вы любите марципаны, мадам?
Одну минуту.
Спасибо.
- Вы работаете в гостинице? - Нет, мадам.
Здесь есть люди, которые верят в невиновность вашего отца.
Этот суд не нужен ни здесь, ни там.
- Кто вы? - Правительство этого не понимает.
- Кто вы? -Это не важно.
Надеюсь, вам понравятся конфеты.
- Подождите минуту, пожалуйста. - Попробуйте конфеты.
Соединенные Штаты против Лазло.
Дело номер 89-СМ-22-80.
Слушание продолжается в Будапеште, в больнице «Фо Кораз».
Ваша честь, хочу отметить, что у свидетеля проблемы со слухом.
И я бы хотела задать четыре вопроса, чтобы удостовериться в его надежности.
Протестую, Ваша честь, это мой свидетель.
-Задавайте свои вопросы. -Спасибо, Ваша честь.
- Мистер Берк. -Спасибо.
Как вас зовут?
- Пал Хорват. -Это ваша подпись?
Да, это моя подпись.
Мистер Хорват, 15 апреля, 1952 года
вы поклялись под присягой венгерской службе безопасности,
что человек, некто Майкл Занави, по прозвищу Мишка,
совершал военные преступления в центре допросов «Лансид»?
Нет, я этого не делал.
И 18 ноября, 1973 года
вы опять поклялись, опять под присягой венгерской службе безопасности,
что Майкл Бато, он же Мишка,
совершил военные преступления в центре допросов «Лансид»?
Я не знаю, о чем вы говорите.
Ваша честь,
у меня есть копии двух признаний мистера Хорвата,
где он называет этих людей «Мишка».
Попросите переводчика прочитать их для протокола на английском.
Да.
«Без сомнений могу заявить,
что человек, совершивший эти преступления, был Майкл Бато».
Подписано: «18 ноября, 1973-й год. Пол Хорват».
- Вы знали об этих признаниях? - Нет, не знал, Ваша честь.
- Как вы нашли этого свидетеля? Нас информировали венгерские власти.
Мистер Хорват сказал об этом своему врачу,
а на следующий день из нескольких фотографий он выбрал Майкла Лазло.
Если я смогла достать документ, то почему этого не смогло сделать правительство?
У нас нет доступа к секретным венгерским файлам.
Венгры сотрудничают с мистером Берком, а не со мной.
Они должны были знать об этих бумагах. Они были у них.
Хорошо, есть честные люди,
которые отправили эти признания мне.
Я считаю это абсурдным, Ваша честь, этот человек...
Его не допрашивали венгерские власти.
Он пошел к ним по своей воле, и они сдали его нам.
Тут нет никакого заговора.
- Что он сказал? - Нет никакого сомнения,
что это был Лазло.
Это было занесено в протокол.
Мы проделали немалый путь за счет вашего правительства.
Как время, так и деньги, были потрачены впустую.
- Ваша честь, я бы хотел больше времени... -Я не закончил, мистер Берк.
Вы должны предоставить больше фактов того,
что Майкл Лазло совершал эти преступления.
Ваша честь, он солгал, когда заполнял анкеты на иммиграцию,
и он это признает.
-За это его и нужно судить. - Не усложняйте ситуацию.
Вы сами знаете, что должны предоставить больше фактов,
чем та ложь, что он был жандармом.
Я прошу освобождения моего подзащитного.
Ваша просьба будет рассмотрена. Заседание закрыто.
Хочу сказать вам...
Хочу сказать, что, скорее всего, вы выиграли это дело.
Или вы растянете его на несколько лет, что, в принципе, одно и тоже.
Но, скажите,
не показались ли вам подозрительными новые улики,
которые упали на вас с неба? - Не умеете сдаваться, да?
Зачем вы хотите его наказать? Он ничего не совершал.
Думаете, для меня так важно наказать старика?
У меня нет в сердце мести. Но я скажу, что меня волнует.
Меня волнуют воспоминания.
Слишком поздно изменить то, что случилось,
но никогда не поздно вспомнить это.
Дело закончено, Джек. Вам не нужно больше спорить.
Только не говорите, что после всего, что вы услышали в суде,
у вас не появилось сомнений в своем отце.
У меня нет времени это обсуждать.
Наша страна всегда пыталась быть убежищем
для преследуемых.
И после войны мы впустили тысячи жертв.
Но, к сожалению, мы также впустили и исполнителей.
Война почти закончилась.
Мы были в Германии, и русские стали пересекать венгерские границы.
Но венгры все равно убивали их евреев.
Они превратили романтический Дунай в реку грусти и смерти.
- Вот что произошло. - Какие-то венгры,
но не мой отец!
Может, вам стоит подойти к берегу реки
и посмотреть в воду.
Может, вы увидите свое лицо.
Вы любите шоколад, мадам Лазло?
Вы не любите шоколад, мадам Лазло?
Спасибо.
- Как называется этот мост? -Лансид.
По-английски -«цепной мост».
Вы можете попросить его остановить? Я хочу прогуляться.
- Магда Золдан? -Да.
Я из Америки. Вы говорите по-английски?
Нет.
Я знала вашего брата в Америке.
- Вы знаете Тибора? -Да.
-Заходите. -Спасибо.
-Я плохо говорю по-венгерски. -Я вас хорошо понимаю.
- Чая не хотите? -Да, спасибо.
Я хотела с вами встретиться, чтобы поговорить о Тиборе.
Он так хотел уехать в Америку. Уверена, ему там хорошо.
В газете была также фотография его друга,
который тоже переехал туда и разбогател.
Кто? Может быть, я его знаю?
Не знаю.
Это не Мишка Лазло?
Никогда о таком не слышала. А как вас зовут?
Энн Талбот.
Он никогда не писал ни о вас, ни о других друзьях.
Я люблю открытки. Я их собираю.
Чикаго.
- Что он мог там делать? Не знаю.
Все, что они мне прислали -это его фотоаппарат и кошелек с запиской.
- Какой запиской? -Сейчас покажу.
Что это?
Это...
ломбардная квитанция.
Ломбардная квитанция? Интересно, что он закладывал.
Я не знаю.
Вы можете это выкупить для меня?
У меня и так мало вещей, которые о нем напоминают.
Хорошо, да.
Была рада с вами познакомиться.
Пришлете мне открытку из Америки?
Пришлю вам несколько.
Это я.
И Тибор, как вы видите.
Я не видела этого шрама.
Он сделал три операции. Потратил на это все свои деньги.
- Во время войны шрам тоже был? -Да, он был солдатом.
Чем могу помочь?
Ничего себе!
Немало вам понадобилось времени, чтобы вернуться.
Отличное состояние.
Ровно 2.36.
Энни, я пытаюсь до тебя дозвониться. Что происходит?
Могу я поговорить с Майки?
Майки.
Нет, я...
Я только домой пришла.
Как ты, Майки?
Нет, я прилечу завтра утром.
Держи ноги вместе и руки тоже.
И двигай ими, двигай.
Смотри вперед.
Молодец.
Да, очень хорошо. Сиди прямо. Вот так.
Привет.
Как я рад, что ты вернулась, как я рад.
Ты сделала это! Сделала невозможное!
- Что с тобой? Пойдем. - Попроси Майки зайти в дом.
- Пошли, сама попросишь. Позови его.
- Гарри привел журналистов. - Привели Майки в дом.
Скажи, что я хочу с ним поговорить.
-Энни, ну, что ты? -Давай, Карчи, приведи его.
Эй, нет, нет, вам сюда.
Дамы и господа. Спасибо всем, что пришли.
Извините, денек не самый лучший.
Как вы уже знаете, раз вы пришли,
можем считать, что это абсурдное дело закрыто.
- Мам. - Майки, я так соскучилась.
Правда здорово, что все обошлось с дедушкой?
-Я знал, что он ничего не делал. - Пошли, дорогой, домой.
Дедушка Талбот подарил мне пони.
-Я знаю. Пошли домой. - Пойдем, покажу.
- Пожалуйста, Майки, пойдем. - Ну пошли, мам.
Иди, я тебя догоню.
Побыстрее.
Что такое? Энни, что случилось?
-Я все знаю, папа. -Энни, мы выиграли. Суд закончился.
-Судья закрыл дело. -Я все знаю.
Энни, мы же выиграли. Суд закончился. Мы выиграли.
Гарри сказал, мы можем подать ответный иск.
Это был ты, папа.
Ты их всех убил.
Я видела фотографии.
Это был ты, папа.
Это ты убил мальчика на глазах у его отца.
Ты изнасиловал женщину, ты бросал тела в Дунай.
Я ходила посмотреть на это место, папа.
Сыну было семь лет.
Ему было всего семь лет! Всего семь лет!
Ты выстрелил ему в голову!
Ты всем им выстреливал в голову!
Ты -чудовище.
Ты выстрелил ему в голову, когда он оплакивал свою убитую мать.
Это ты все сделал.
Боже, что нам теперь делать?
Скажи мне. Что за фотографии?
Тибор Золдан тебя шантажировал.
- Нет, он был другом. -Я видела шрам.
-Он получил его в лагере. -Я видела шрам, папа.
- Шрам? -Да, шрам на лице,
как все и рассказывали.
Я ходила к ее сестре.
Как ты мог это все сделать, папа?
Зачем ты это делаешь с нами, с Майком?
Папа...
Зачем?
Ответь мне.
Я хочу, чтобы ты ответил мне. Ответь мне, папа.
Я люблю тебя.
И я тебя люблю.
Что они с тобой сделали?
Что сделали с тобой эти коммунисты?
Я больше не хочу тебя видеть, папа.
Я не хочу, чтобы Майки виделся с тобой.
-Ты не можешь так поступить. - Могу.
Тебя нет.
Ты не можешь так поступить.
Папа, ты не представляешь, как мне будет тебя не хватать.
Энни.
Энни! Это мой мальчик, мой внук!
У тебя нет внука!
И ты расскажешь все Майки?
Ты отравишь его разум, как они отравили твой?
Ты мне это говоришь, будто мы незнакомы.
Говори ему что хочешь.
Майки тебе не поверит.
Никто тебе не поверит.
Все скажут, что ты сошла с ума.
Почему ты не можешь сказать правду?
Правду?
Что-то случилось...
с твоим разумом, Энни.
У меня есть друзья тут и там.
И поверь мне, ты узнаешь правду.
Я не чудовище.
Нет.
Майки!
Давай, Майки, вперед!
Молодец!
Вперед!
Отлично.
Да, Майки, молодец.
Я подошла к берегу.
Джеку Берку
Майкл Лазло- военный преступник. Обнаружены новые фотографии.